Форум

100 лет назад.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34

Автор Сообщение
Б П

Сейчас: офлайн
Был(а) на сайте: 17.07.2018 в 11:17
Сообщений: 1691
Регистрация: 23.12.2017
  (0)  
Добавлено: 03.07.2018 14:28
Оригинальный взгляд на проблему, но выходящий за её пределы:
Имеется ли «взаимовыгодный» выход из противостояния с Западом?
Октябрь 1917 года как ключ к современным глобальным проблемам и национальной стратегии России
http://regnum.ru/news/polit/2441372.html

На поэтапной дезинтеграции окраин «большой России», то есть современного СНГ, с последующим движением вглубь Хартленда — континентальной Евразии — выстраиваются все геополитические концепции Запада. Генералу Шебаршину — начальнику внешней разведки КГБ СССР — принадлежит феноменальная по точности оценка: «Западу от России нужно только одно — чтобы ее не было».
Это почти удалось после февраля 1917 года. Из хронологии распада Российской Империи видно, что он никак не связан с большевиками, а является результатом долгосрочной стратегии Запада и прозападной ликвидационной политики Временного правительства. С начала марта по начало мая страна затрещала по швам, и сепаратизм вспыхнул по всем окраинам — от Туркестана и Северного Кавказа до Польши и Прибалтики. Апофеозом стали прошедшие одновременно в начале мая Всероссийский мусульманский съезд в Москве, поддержавший решение о национальной автономии тюркских народов, принятой бакинским съездом Тюркской партии федералистов, и Украинский войсковой съезд в Киеве, принявший аналогичное решение по русской Малороссии.
И показательно, что выдвинутый киевским съездом лозунг «национализации армии» был впоследствии одобрен Верховным Главнокомандующим генералом Корниловым; после этого пройдет меньше месяца, и Корнилов, в «послужном списке» которого позорный арест царской семьи, пойдет в услужение англичанам и с их помощью организует государственный мятеж.
Rus

Сейчас: офлайн
Был(а) на сайте: 18.07.2018 в 08:23
Сообщений: 3974
Регистрация: 09.06.2012
  (0)  
Добавлено: 03.07.2018 21:35
Автор: Книпирович Шлёма
Автор: Rus
Автор: KAW .
Автор: Rus
Автор: Юхансон Юхан
Автор: Rus

прекращения сопротивления.

ваще-то власовцев,например,вылавливали и через 40 лет.

аргумент шопипец.)
или, как там у Вас, - "ржака"))

А что, они (власовцы) через 40 лет перестали быть предателями?

сравнивать белогвардейцев с "власовцами" некорректно.
или они тоже кого-то предали?
ЮЮ простительно, от Вас неожиданно.

Стоп,как это некорректно,а царя кто кинул,краснопузые штоле? Колчак был весь с себя белогвардеец таксать английскай охфицер истрибивший кучу обычного народа в Сибири.

никто его не кидал... он сам смалодушничал и отрёкся... чем оставил армию без верховного главнокомандования... что в тех условиях привело к развалу всего.
Колчаку не надо шить истребление. Бунтовщиков и партизан вешал, это да. типа, по закону военного времени.
поинтересуйтесь, что творили красные после отступления колчаковцев.
Книпирович Шлёма

Сейчас: офлайн
Был(а) на сайте: 18.07.2018 в 08:05
Сообщений: 576
Регистрация: 16.03.2018
  (0)  
Добавлено: 03.07.2018 21:42
Автор: Rus
Автор: Книпирович Шлёма
Автор: Rus
Автор: KAW .
Автор: Rus
Автор: Юхансон Юхан
Автор: Rus

прекращения сопротивления.

ваще-то власовцев,например,вылавливали и через 40 лет.

аргумент шопипец.)
или, как там у Вас, - "ржака"))

А что, они (власовцы) через 40 лет перестали быть предателями?

сравнивать белогвардейцев с "власовцами" некорректно.
или они тоже кого-то предали?
ЮЮ простительно, от Вас неожиданно.

Стоп,как это некорректно,а царя кто кинул,краснопузые штоле? Колчак был весь с себя белогвардеец таксать английскай охфицер истрибивший кучу обычного народа в Сибири.

никто его не кидал... он сам смалодушничал и отрёкся... чем оставил армию без верховного главнокомандования... что в тех условиях привело к развалу всего.
Колчаку не надо шить истребление. Бунтовщиков и партизан вешал, это да. типа, по закону военного времени.
поинтересуйтесь, что творили красные после отступления колчаковцев.

А поганяло у собак было колчак.
Интересовался. Эт самое немцы тоже вешали,жгли,стреляли и партизан и пособников,но они были пришлые не наши,,,ёесли небрать в рачсет поганое племя хохлиное они превзошли всех по жестокости.
Rus

Сейчас: офлайн
Был(а) на сайте: 18.07.2018 в 08:23
Сообщений: 3974
Регистрация: 09.06.2012
  (0)  
Добавлено: 03.07.2018 21:44
Автор: KAW .
Ещё раз про чехословаков.
В боевых действиях они участвовали - в июньском наступлении 1917 года.
Только в сентябре Масарик и Духонин подписали соглашение о неиспользовании корпуса в оешении внутрироссийских проблем. Но их пытались втянуть, поскольку такая сплочённая вооруженная сила была у всех бельмом на глазу. Хорошо ещё, что корпус был под юрисдикцией французов, а не агличан, которые хотели оставить его в России для борьбы с большевизмом. В начале 18-го эти ребята легко дошли бы и до Питера, и до Москвы. И история была бы иной

мы же про корпус говорим. он в боях не участвовал. что было до него - уже озвучено.
как могли англичане что-то хотеть от "французского" чехослов. корпуса? это была козырная карта французов, они им вертели как хотели и английские хотелки им были пох.
кстати, англичане единственные из антанты, кто непосредственно участвовал в боях на стороне Колчака. Контингент был небольшой, но был.
Rus

Сейчас: офлайн
Был(а) на сайте: 18.07.2018 в 08:23
Сообщений: 3974
Регистрация: 09.06.2012
  (0)  
Добавлено: 03.07.2018 23:40 Изменено: 03.07.2018 23:45
Филатьев Д.В.
Катастрофа белого движения в России.

ГЛАВА IV
Образование Директории
По инициативе Самарского, Екатеринбургского и Сибирского правительств были устроены два совещания: 23 августа — в Челябинске и 23 сентября — в Уфе. После бесконечных дебатов о приоритете, наконец согласились на учреждение единой власти в лице пятичленной Директории, и местом ее пребывания был выбран Омск, как отстоящий далеко от фронта. Директорами были избраны Авксентьев, Астров, находившийся в это время при Добровольческой армии, Вологодский, Чайковский, бывший в ту пору в Париже, и генерал Болдырев, он же верховный главнокомандующий. На случай убыли или отсутствия были избраны заместители: Авксентьеву — Аргунов, Астрову — Виноградов, Вологодскому — Сапожников, Чайковскому — Зензинов и генералу Болдыреву — генерал М. В. Алексеев, возглавитель Добровольческой армии.
Нельзя не подивиться составу Директории, избранному для управления государством в минуту тягчайших испыта-ний. Как на подбор, директорами были выбраны лица, имена которых ничего не говорили не только России, но даже и Сибири и которые решительно ничем себя не проявили ни на государственном, ни на общественном поприще, за исключением Астрова да отчасти Авксентьева, ставшего известным после того, как он входил в состав министерства Керенского. Избрание Астрова и Чайковского было простым лицемерием, так как ясно, что прибыть в Сибирь они могли не раньше как через несколько месяцев. Назначение же генерала Алексеева заместителем Болдырева было явной бестактностью со стороны самого Болдырева: по их взаимному удельному весу естественно было избрать Алексеева директором, а Болдырева его временным заместителем; как Верховный Главнокомандующий, генерал Алексеев мог свободно оставаться при Добровольческой армии, если бы не захотел ехать в Сибирь, и оттуда объединять военные действия, что для Болдырева из Сибири было неосуществимо.
Если бы Директория не избиралась исключительно по признаку партийности, то несомненно в состав ее должен был бы войти генерал Хорват, как знаток Дальнего Востока и как человек, пользовавшийся там большой популярностью.
Избранная Директория была признана Уфимским совещанием как «единственный носитель верховной власти на всем пространстве Государства Российского» до созыва Учредительного собрания.
Представители англичан в Сибири, Ольстен и Нокс, французов — Пишон и Буржуа и чехов — Павлу — приветствовали создание Директории, которая, кстати сказать, избиралась под сильным давлением чехов, грозивших уйти с фронта, если соглашение не состоится.
Кроме Астрова, к тому же отказавшегося от избрания Вологодского, Болдырева и Алексеева, все директора и заместители были социалисты и получили от партии особые инструкции, которые обязаны были исполнять, хотя бы они шли вразрез с государственными интересами. На этом-то Директория вскоре и споткнулась.
Деникин отказался признать Директорию всероссийскою властью «как ответственную и направляемую Учредительным собранием первого созыва, возникшим в дни народного помешательства и не пользующимся ни малейшим авторитетом». Генерал Алексеев прислал Директории «искреннее поздравление», но на избрание его заместителем Болдырева никак не реагировал.
Хорош или плох был выбор Директории и самое ее установление, важно то, что на этот раз в России наряду с большевистской властью появилась другая, антибольшевистская, стремившаяся к свержению первой и притом не самочинная, не рожденная путем военного насилия, а все же кем-то выбранная, не встретившая протеста со стороны населения. Особенно ценным для новой власти являлось признание ее за таковую уральскими, оренбургскими и забайкальскими казаками, заподазривать которых в легкомысленности или неискренности оснований не было. Это подводило под Директорию своего рода фундамент, которого никогда не имела Добровольческая армия в ее претензиях на всероссийскую власть.
Несомненно, генерал Деникин был не прав, отказавшись признать Директорию, как не прав он был впоследствии в промедлении признания власти адмирала Колчака. Чистота знамен и лозунгов добровольцев не могла пострадать от подчинения Директории, хотя бы она и была «ответственна и направляема» Учредительным собранием, чего в действительности и не оказалось, ибо дело заключалось не в «средствах», а в «цели». Если Директория ставила себе целью свержение большевиков, то всем жаждущим того же надо было идти вместе с нею, доколе она от поставленной цели не уклонялась. Какой толк вышел из того, что когда-то граф Шамбор не пожелал уступить в вопросе о трехцветном знамени. Если он считал, что его воцарение нужно Франции, а не ему лично, то он обязан был уступить и отказаться от белых лилий. Наша общая цель была свергнуть большевиков и потом уже разбираться в вопросах управления, поэтому не следовало ни отворачиваться от Скоропадского, ни заниматься местничеством с Красновым, ни открещиваться от Директории или впоследствии медлить с признанием власти адмирала Колчака. Положение Деникина оказалось бы не из уютных, если бы Директория была признана как всероссийская власть иностранными правительствами. С его стороны было бы дальновиднее и государственнее самому ходатайствовать перед союзниками о признании в первом случае Директории, во втором Колчака как верховной власти. Ведь такое признание придавало бы устойчивость ему самому, как агенту этой власти, и выводило бы Добровольческую армию из положения партизанства.


ГЛАВА V
Первые шаги Директории
Как только состоялось избрание и Директория собралась в Омске, она объявила себя всероссийским правительст-вом и оповестила об этом все русские посольства и иностранные правительства, уверенная, что последние ее не-медленно признают. Хотя признания и не последовало, но все же союзники отнеслись к Директории сочувственно, аккредитовали при ней своих «высоких комиссаров» и обещали поддержку в борьбе с большевиками, сделав лишь оговорку, что делают это в целях скорейшего продвижения чехов в Европу.
Несомненно, такая оговорка была лишь формальностью, и скрытая цель союзников заключалась в их желании восстановить русский фронт против Германии при помощи Директории. Ведь никто тогда не думал, что через два месяца Германия капитулирует и Россия потеряет для союзников всякий интерес, кроме выжимания из нее процентов по долгам.
Окончивши организационный период, Директория назначила новых министров, в числе коих военным министром был сделан адмирал Колчак, работа в министерствах не клеилась, чему не надо удивляться, так как у власти — лю-ди, даже и близко к какому-либо управлению не подходившие. В омских министерствах министерского было не больше, чем в любой уездной управе. Управлению приходилось учиться с азов. Возможно, что постепенно дело наладилось бы, если бы не партийные инструкции, связывавшие директоров. Адмирал Колчак открыто заявлял, что с социалистами работать невозможно; торгово-промышленные круги Директории из-за ее социалистического состава не доверяли; офицеры волновались, так как Чернов уже приступил к разоружению и русских и чешских войск, объявил офицеров реакционерами, протестовал против погон и чинопочитания. За два месяца своего существования Директория ни в ком не нашла ни доверия, ни сочувствия; она отцветала, не успев расцвести. В Омске зрело брожение в казачьих и офицерских кругах. Нужен был только толчок для взрыва. Он, к сожалению, скоро нашелся, и взрыв произошел. Я потому говорю «к сожалению», что выгоднее было бы дать Директории умереть естественной смертью, тогда не было бы последовавшей за переворотом смуты.
Rus

Сейчас: офлайн
Был(а) на сайте: 18.07.2018 в 08:23
Сообщений: 3974
Регистрация: 09.06.2012
  (0)  
Добавлено: 03.07.2018 23:42
ГЛАВА VI
Переворот 18 ноября 1918 года
Пустячный случай ускорил ход событий. 16 ноября по случаю приезда в Омск французского генерала Жанэна был устроен в общественном собрании банкет, на котором подвыпившие офицеры потребовали и настояли на исполнении народного гимна после исполнения Марсельезы. Лидерам партии социалистов-революционеров не понравилась эта, как они называли, «монархическая молитва»[1] и они предложили адмиралу Колчаку арестовать казачьих офицеров Красильникова, Катанаева и Волкова. Дело было, разумеется, не в гимне, за который было бы нелепо арестовывать, а в том, что правительству было известно, что против него имеется заговор, во главе которого находились три упомянутых офицера. Красильников и Волков, вместо того чтобы быть арестованными, предпочли сами арестовать двух директоров — Авксентьева и Зензинова и управляющего делами Роговского и заперли их на ночь в одну из казарм. За арестованных никто не вступился, и междоусобной брани не произошло.
18 ноября утром собрался совет министров под председательством директора Вологодского, который оставался на свободе, чтобы обсудить создавшееся положение и что делать дальше. Восстанавливать непопулярных директоров, да еще после того, как они отсидели ночь в казармах, было просто неумно. Избирать новую Директорию — значило бы начинать сказку сначала. Поэтому без прений принято было решение, которое давно уже назрело: «В трудные минуты жизни государства власть должна быть сосредоточена в одних руках». Оставалось установить, кому ее вручить. Начальник штаба армии генерал Розанов назвал генерала Болдырева. Его поддержал адмирал Колчак, указавший, что диктатором может быть только лицо, опирающееся на армию и пользующееся ее доверием[2].
Но кандидатура генерала Болдырева не только не встретила сочувствия, но даже не обсуждалась. Устругов, министр путей сообщения, написал на бумажке, но не предложил на обсуждение — генерала Хорвата. Кто-то предложил Колчаку самому принять власть, но он от этого решительно отказался. Тогда его попросили на время удалиться, чтобы не стеснять обсуждение кандидатур. Без него быстро пришли к решению, что именно Колчаку надлежит принять на себя всю полноту власти со званием Верховного Правителя. Теперь, много лет спустя, и зная все перипетии событий, нетрудно догадаться, что совет министров поступил бы благоразумнее, если бы предложил титул Верховного Правителя Деникину, а его заместителем в Сибири избрал бы Колчака или Болдырева. Это было бы логично, подняло бы престиж Деникина перед союзными правительствами и создало бы действительное объединение в опытных руках военных операций на европейском и азиатском фронтах. Не рождался бы тогда и вопрос об участии Колчака в свержении Директории и не могло бы быть сопротивления власти избранного правителя со стороны Семенова и других, оказавших вначале неповиновение адмиралу Колчаку. А поехал ли бы Деникин в Сибирь или нет, большого значения быть не могло, особенно если бы во главе сибирских войск остался бы генерал Болдырев.
Сверх того, нельзя не заметить, что совет министров слишком просто подошел к вопросу Директории единоличной властью Колчака и не обратил никакого внимания на юридическую и государственно-правовую сторону вопроса. Получался явный нонсенс: не совет министров избирал Директорию, а Директория назначила министров, образовавших совет, почему последний, хотя бы и в период революции, не должен был считать себя правомочным замещать Директорию. Ему надо было придумать какую-то более приличную и хотя бы по видимости более легальную форму перестроения власти, чтобы это не носило характера переворота. Во всяком случае, было бы благоразумным до окончательного решения вопроса вызвать в Омск на совещание генерала Болдырева, как одного из директоров, в руках которого в то же время находилась армия. Закинься Болдырев, и положение совета министров и его избранника Колчака оказалось бы трагическим.
Но так или иначе был избран Колчак, и его избрание оказалось чревато последствиями.
Итак, 18 ноября в Омске, хотя в малоудачной процессуальной форме, свершилось то, что по логике государственного разума должно было совершиться в Петрограде после отречения Великого князя Михаила Александровича. Будь Государственной думой избран тогда же Верховный Правитель, как несменяемый до Учредительного собрания носитель власти, Россия не скатилась бы в пропасть. Кто бы он ни был, вернее всего Родзянко, он не пошел бы на соглашение с Совдепом, как пошла коллегия с князем Львовым во главе. Он не остановился бы перед решительными мерами для борьбы с разрухой, не распустил бы всю губернскую и уездную администрацию, а главное, он не отдал бы армию на растерзание всякого рода реформаторам, после опытов которых от армии остались рожки да ножки.
Дата 18 ноября явилась счастливым историческим совпадением: 18 же ноября 1799 года, по революционному ка-лендарю 18 брюмера, Наполеон сверг Совет пятисот и с этого дня начал править Францией единолично. Но в Сибири переворот не прошел так гладко, как когда-то во Франции. Адмирала Колчака ждали крупные неприятности. Первыми заявили протест чехи, нашедшие, что переворот нарушает права демократии и условия Уфимского соглашения. Этот чисто демагогический протест иностранцев, не имевших никакого права вмешательства в наши внутренние дела, был прежде всего оскорбителен для нашего национального самосознания, и тем более что пилюлю пришлось проглотить молча. Угроза чехов покинуть фронт практического значения не имела, так как они его и без того покинули, перейдя на положение «уставших» или, как там называли, «вспотевших». Практическое значение их протеста сказалось бы в другом.
Еще 22 октября ЦК партии эсеров обратился со своего рода манифестом ко всем партийным организациям, в кото-ром указывал на слабую сопротивляемость Сибирского правительства проискам реакционеров и приглашал партию сомкнуть ряды и приступить к мобилизации и военному обучению всех сил партии, «чтобы в любой момент быть готовыми выдержать удары контрреволюционных организаторов гражданской войны в тылу противобольшевистского фронта». Пелась та же песня, что в 17-м году неизбежно тянул Керенский, ставя чистоту партийной программы выше интересов государства. Ясно, как забили в набат эсеры, когда 19 ноября в Екатеринбург, где пребывал Комуч, пришло известие о событиях в Омске. Съезд членов Учредительного собрания единогласно признал «полную невозможность признания закономерности происшедшего и необходимость борьбы против Омского правительственного акта всеми средствами». Намечена была мобилизация рабочих Екатеринбурга и обеспечение дружественного содействия со стороны чехов.
Антигосударственная партия и такой же Комуч, только месяц тому назад укорявшие кого-то в намерении открыть борьбу в тылу фронта, теперь с легким сердцем готовы были начать гражданскую войну с тылом во имя торжества партийных догм, а если ее не открыли, то только потому, что за ними никакой силы не оказалось и надежда на какую-то мобилизацию «всех сил» не оправдалась, как не осуществилось желание втравить в борьбу с Омском чехов. Колчак приказал по телеграфу арестовать всех членов Комуча с квалифицированным негодяем из эсеров Черновым во главе. Это было исполнено, и 14 арестованных под конвоем были отправлены в штаб 25-й дивизии. Вот тут-то и пригодились чехи: комендант Влага с отрядом солдат нагнал арестованных и отбил у конвоя. В дальнейшем, по сношению с Омском, решено было членов Комуча отправить в Тюмень и Шадринск, но при помощи чехов же им удалось бежать в Уфу. Протест и бумажное восстание Комуча были ликвидированы, но ненадолго: скоро Омскому правительству пришлось иметь дело с целым рядом восстаний, организованных эсерами.
Rus

Сейчас: офлайн
Был(а) на сайте: 18.07.2018 в 08:23
Сообщений: 3974
Регистрация: 09.06.2012
  (0)  
Добавлено: 04.07.2018 23:15
это к вопросу о расстреле колчаковцами заигравшихся эссеров..

№ 150. Приказ адмирала Колчака об аресте членов Комуча
Гор. Омск, 30 ноября 1918 г. № 56.
= Бывшие члены самарского Комитета членов Учредительного Собрания, уполномоченные ведомствами бывшего Самарского Правительства, не сложившие своих полномочий до сего времени, несмотря на указ об этом бывшего Всероссийского Правительства, и примкнувшие к ним некоторые антигосударственные элементы в Уфимском районе, в ближайшем тылу сражающихся с большевиками войск, пытаются поднять восстание против государственной власти: ведут разрушительную агитацию среди войск; задерживают телеграммы верховного командования; прерывают сообщения западного фронта и Сибири и с оренбургскими и уральскими казаками; присвоили громадные суммы денег, направленные атаману Дутову для организации борьбы казаков с большевиками, пытаются распространить свою преступную работу по всей территории, освобожденной от большевиков.

Приказываю:§ 1. Всем русским военным начальникам самым решительным образом пресекать преступную работу вышеуказанных лиц, не стесняясь применять оружие.
§ 2. Всем русским военным начальникам, начиная с командиров полков (включительно) и выше, всем начальникам гарнизонов арестовывать лиц для предания их военно-полевому суду, донося об этом по команде и непосредственно – начальнику штаба верховного главнокомандующего.
§ 3. Все начальники и офицеры, помогающие преступной работе вышеуказанных лиц, будут преданы мною военно-полевому суду.
Такой же участи подвергнуть начальников, проявляющих слабость и бездействие власти.
Верховный правитель и верховный главнокомандующий адмирал Колчак.
Газ. «Русская Армия», №13, от 3 декабря 1918 г. =
Rus

Сейчас: офлайн
Был(а) на сайте: 18.07.2018 в 08:23
Сообщений: 3974
Регистрация: 09.06.2012
  (0)  
Добавлено: 18.07.2018 08:09 Изменено: 18.07.2018 08:20
к 100-летию расстрела царской семьи.

глава 25. Роль Свердлова и Голощекина.
Николай Алексеевич Соколов "Убийство царской семьи и членов Дома Романовых на Урале". Владивосток. 1922г.

http://murder-of-imperial-family.gatchina3000.ru/murder_imperial_family53.htm

21 июля официальное большевистское «Бюро Печати» отправило из Москвы в Екатеринбург областному совету телеграмму № 6153. Она датирована 19 июля 5.

5 Эта телеграмма, найденная военной властью в здании Уральского властного совета, была препровождена Екатеринбургской Военно-Следственной Комиссией 8 июля 1919 года за № 8025 прокурору суда, а сим последним мне 9 того же июля за № 6196.

Вот ее содержание:

«19 июля. Состоявшемся 18 июля первом заседании президиума ЦИК советов Председатель Свердлов сообщает полученное прямому проводу сообщение от областного Уральского совета расстреле бывшего царя Николая Рома-лова точка Последние дни столице красного Урала Екатеринбургу серьезно угрожала опасность приближения чехословацких банд точка То же время был раскрыт новый заговор контрреволюционеров имеющий целью вырвать рук Советвласти коронованного палача точка Ввиду всех этих обстоятельств президиум Уральского областного совета постановил расстрелять Николая Романова что было приведено в исполнение 16 июля точка Жена сын Николая отправлены надежное место точка Документы раскрытом заговоре посланы Москву специальным курьером точка Сделав это сообщение Свердлов напоминает историю перевода Романова из Тобольска Екатеринбург когда была раскрыта такая же организация белогвардейцев целях устройства побега Романова точка Последнее время предполагалось предать бывшего царя суду все его преступления против народа только развернувшиеся сейчас события помешали осуществлению этого суда точка Президиум обсудив все обстоятельства заставившие Уральский областной совет принять решение расстреле Романова постановил ЦИК лице своего президиума признать решение Уральского областного совета правильным точка Затем председатель сообщает что распоряжении ЦИК находятся сейчас важный материал документы Николая Романова его собственноручные дневники которые он вел последнего времени дневники его жены детей переписка Романова точка Имеются между прочим письма Григория Распутина Романову его семье точка Все эти материалы будут разобраны опубликованы ближайшее время точка продолжение следует».

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34

Пользователи

Сейчас на форуме 40 посетителей: зарегистрированных 1, гостей 39

Кошка Шредингера -----------------    

Недавно были

FLYER 46 минут назад Фазол Норсул 50 минут назад
Бишкекец Игорь 2 часа назад Журавлев Василий 3 часа назад
max9283 max9283 4 часа назад Шило (Про100й) 4 часа назад
Air 5 часов назад Николаев Владимир Павлович7 часов назад
Сообщить об ошибке
Поддержка сайта - Яркие решения